Господин хороший.
Некоторые люди до полного звания, так никогда и не остепеняются. Из имени вырастают, а вот Иваном Николаевичем, например Петровым, не становятся никогда. Так и остаются Ваньками, если человек без претензий, или в лучшем случае именуются строго по батюшке, что тоже обидно, словно не нажил человек за сорок лет ничего собственного.
Наш Николаич жил вроде при окладе и животе, а все равно весь какой-то в обращении был уменьшительно-ласкательный. Главное, он сам этот культ умаления личности поддерживал и вечно что-нибудь такое вытворял, чего трехзначный Иван Николаевич Петров в жизни бы совершить не мог.
Николаича любили. Немного свысока. Немного жалели — вот ведь мог бы стать успешным человеком. Приглашали всюду с удовольствием.
В компании такой человек незаменим. Он не руководитель застолья. Не из тех, кто по заученному тексту объявляет, за что надо пить до дна. Пока ответственные работники тамадят, Николаич помалкивает в свою тарелку и ножиком подправляет мохнатую шубку на ломтике жирной сельди. Пока гости новостями через стол перекидываются, Николаич не перебивает. Да и какие новости в компаниях выдержки от сорока до шестидесяти — дети рождаться уже перестали, сами умирать еще не начали.
или скачать электронную версию
Опубликовано: журнал «Нева», №9 2020
