И только правду.

Идея и материалы из здания суда: Михаил Спивак, Канада.

Судья не успела схватить молоток и заколотила по столу голой ладонью. Секретарь растерялся и ткнул в сторону старика Эпштейна пультом от кондиционера. Репортер местной газеты перестал рисовать шарж — судью в образе крупногабаритной Фемиды — и развернулся к ответчику. В зале повисло радостное предчувствие скандала.

— Мистер Эпштейн, принесите присягу как полагается, — строго попросила судья.

— Конечно, ваша честь, — с готовностью согласился ответчик, все еще держа руку на Библии. — Клянусь говорить, правду, правду…

На каждую «правду» судья одобрительно кивала, а ручка секретаря суда бегала ровно, словно самописец кардиографа, фиксирующий работу здорового организма.

— …и только правду, если это не противоречит советам моего адвоката, — завершил старик Эпштейн клятву той же фразой, что и пару минут назад.

Обвинитель приободрился, секретарь обменялся тоскливыми взглядами с защитником, а судья, найдя молоток, врезала им по столу.

— Мистер Эпштейн, — отчеканила она. — Или вы принесете нормальную клятву, или я оштрафую вас за неуважение к суду.

— В дополнение к штрафу за использование телефона? — уточнил старик.

— Да, — кивнула судья.

— Это как налог на правду, — заметил подсудимый. — Ведь другим нарушителям вы позволили не платить вообще.