Розовую папку Тарас нарек «Свобода и независимость». Сравнил обложку с черными шеренгами рабочих файлов. Абсолютная несовместимость. Такой жидкий цвет для документов могла выбрать только жена. Возомнившая себя бывшей. Намечтала баба счастья и договоры подготовила — о разводе, разделе имущества, правах на детей. Целая пачка. Обмишурилась. Не будет ласточке ни прав, ни денег, ни свобод.

Тарас Чигирев пошевелил кочергой в камине. Бумаги в руке. Примерился к броску, сделав несколько кистевых замахов. Не ощутил полноты счастья. Вспомнил. Три дня назад, передавая Чигиреву эту несчастную папку, жена попросила об услуге. Чигирев ожидал от той беседы скандала, слез, уговоров. Готовился к разговору. Для подстраховки, сразу начал орать — но вышло плохо. Жена Тараса пожалела.

— Бедный, — сказала она, оглаживая внимательными пальцами сумочку, как раньше гладила волосы Тараса. — Ты же всех ненавидишь.

Заморгала часто и растерла мизинцами зажмуренные глаза,

— Давай без сцен! — прикрикнул Чигирев.

— Я тебя лишь об одном попрошу… — начала супруга.